Секретная взлётно-посадочная

Секретная взлётно-посадочная, фото

Измайловский аэродром

Измайловский аэродром засекретили сразу же, как только построили в конце 1930-х годов. До сих пор многое в его истории остаётся за завесой государственной тайны. Но кое-что всё-таки известно.

Чудеса маскировки

Аэродром строили на месте сельскохозяйственных угодий, которые широко раскинулись в Измайлове ещё со времён царя Алексея Михайловича. Взлётно-посадочная полоса начиналась недалеко от нынешнего пересечения 13-й Парковой и Первой Первомайской улиц, а оттуда шла на северо-запад. На востоке расположился военный городок, а между 11-й и 13-й Парковыми улицами виднелись антенные поля радиостанций.

Правда, увидеть всё это можно было, лишь подойдя совсем близко, а допускались сюда исключительно военные. Секретный аэродром ощетинился забором из колючей проволоки, никто не мог, даже попав на окрестные улицы, разглядеть военный объект. Ещё больше озаботились о маскировке «сверху». Уже на этапе планирования для аэродрома выбрали такие границы, что в них можно было угадать любое сооружение, кроме аэродрома. Очертаниями он напоминал скорее перевёрнутый башмак. Дорожки его имели вид окружностей, а короткая взлётно-посадочная (всего около 1 км) шла под откос: самолёты очень быстро набирали скорость и взлетали, а когда шли на посадку, то так же быстро тормозили. В качестве дополнительной маскировки на аэродроме высадили яблоневые сады. В результате всех этих усилий получился аэродром-невидимка, который даже в период сильных бомбардировок немцами Москвы в 1941–1942 годах ни разу не был атакован.

Секретная взлётно-посадочная  фото

65-й отдельный

В июне 1942 года на Измайловском аэродроме развернули авиационно-техническую базу, а на ней дислоцировался 65-й отдельный авиаполк Военно-воздушных сил Военно-морского флота, или, говоря проще, военно-морской авиации. Полк укомплектовали квалифицированными пилотами — он должен был выполнять довольно простые, но всё же ответственные задачи. Когда часть формировали в Саранске осенью 1941 года, её назвали 64-м авиационным полком специального назначения. Лётчики и правда занимались специфическим делом. Своих самолётов у полка почти не было, и летали они на чужих — доставляли их от авиазаводов в действующие армейские эскадрильи.

Пилоты 65-го отдельного авиаполка перебрасывали как отечественные, так и заграничные самолёты, приобретённые Советским Союзом по ленд-лизу: «Аэрокобры», «Кингкобры», «Каталины» и «Бостоны». Измайловские мастера лётного дела без проблем обслуживали и пилотировали иностранную технику. Здесь служили отборные специалисты. 

К лету 1942 года полку начали ставить более разнообразные задачи, тогда и появились в его составе собственные эскадрильи: две истребительные, одна штурмовая, одна транспортная и одна бомбардировочная. Лётчики теперь занимались не только доставкой секретных документов и боевых самолётов, но также грузовыми и пассажирскими перевозками, участвовали в десантных операциях.

Слухами аэродром полнится

Там, где нет точного знания, появляются мифы. Вокруг секретных военных объектов всегда много легенд. Некоторые из них совсем неправдоподобные. Например, многие ошибочно считают, что в Измайлове начал свой знаменитый полёт на Северный полюс Валерий Чкалов. При этом известно доподлинно, что Валерий Павлович вылетел с Щёлковского (ныне Чкаловского) аэродрома.

Ещё один странный миф лишает аэродрома его военных заслуг: мол, с этого аэродрома за всё время Великой Отечественной никто вообще не взлетал и на него не садился. Зачем тогда вообще нужен был аэродром — непонятно. Гораздо реалистичнее совершенно противоположный слух о том, что в 1941-1942 годах самолёты, защищавшие московское небо от люфтваффе, взлетали в том числе в Измайлове.

Говорят, что первый экземпляр Ту-4 был воспроизведён просто с фантастической точностью — включая даже любительский фотоаппарат, забытый лётчиком в кабине «Суперкрепости». Впоследствии советские авиаконструкторы наделили скопированный самолёт отличительными особенностями: другими двигателями и оружием.

Есть у аэродрома и «сталинские» легенды. По одной из них, Сталин вылетал на Тегеранскую конференцию 1943 года с Измайловского аэродрома. Но это, очевидно, лишь слух: Сталин, Молотов, Ворошилов и Берия (последний отвечал за безопасность советской и американской делегаций) добирались через Баку — сначала поездом, а после пересели на самолёт. С Измайловского аэродрома вылетел только борт с многочисленными сопровождающими лицами. Опять-таки из соображений секретности сначала он взял курс на Пензу, потом свернул на Воронеж, затем на Баку и уже в азербайджанской столице соединился со Сталиным и Молотовым.

Другая «сталинская» история звучит более правдоподобно: предполагается, что из Измайлова в случае взятия немцами Москвы планировалась секретная эвакуация Сталина. Такой способ покинуть столицу был бы удобен, поскольку неподалёку располагался сталинский бункер.

Секретная взлётно-посадочная  фото

Парашютная вышка в Измайлове, 1958-1960 гг.

Аэродром специального назначения

Ответственные задачи ставились перед 65-м отдельным авиаполком и после войны. В частности, в июне 1945 года началась операция по доставке в Измайлово трёх американских тяжёлых бомбардировщиков дальнего действия Boeing B-29, известных также под названием Superfortress, что значит «Суперкрепость». Попали они в СССР не по ленд-лизу, а по случайности. ВВС США громили военные объекты Японии. В случае непредвиденных обстоятельств они по договорённости с СССР имели право совершить экстренную посадку на советской территории. А вот о возвращении «Боингов» договора не было. Фактически Советский Союз интернировал три самолёта. Грабежом это называть нельзя, под таким шагом имелись и правовые основания — договор о ненападении с Японией, подписанный ещё в 1941 году.

Тогда же в США и появилась «Суперкрепость». Этот бомбардировщик разработали специально для войны с Японией. Его характеристики внушают уважение: крейсерская скорость — около 350 км/ч; дальность полёта — более 6 тыс. км; бомбовая нагрузка — до 10 тонн. Всего было собрано примерно четыре тысячи таких «Боингов». Те, что достались СССР, назывались «Весёлый Бродяга», «Генерал Х. Арнольд спешиел» и «Динг Хоа». Их доставили с Дальнего Востока для дальнейшего изучения и воссоздания уже под советским брендом — Ту-4.

На Измайловском Аэродроме работали известные в лётномделе специалисты — авиаконструктор Сергей Ильюшин, лётчик-испытатель Владимир Коккинаки. Иногда с секретного военного аэродрома взлетали абсолютно мирные сельскохозяйственные «кукурузники» — «Аннушки» (они же Ан-2) — и, заложив лихой вираж, мчались обрабатывать подмосковные поля. Выполнялись отсюда и пассажирские рейсы малой авиации. Маленькие самолётики с пропеллерами больше напоминали маршрутное такси. Конечно, никаких удобств — ни туалета, ни стюардесс с напитками и сэндвичами. Иногдамогли раздать конфеты — леденцы «Взлётные» (чтобы в ушах не закладывало). Тряслись и грохотали эти самолётики ужасно. Дверь в кабину лётчиков, как правило, была открыта, иможно было видеть, как пилот, глядя на землю, сверяет свой маршрут с потёртой картой.

Периодически Измайловский аэродром выручал самолёты Тушинского аэродрома Главсевморпути. При дождливой погоде грунтовая взлётно-посадочная полоса раскисала, и полёты полностью прекращались.

Выполнялись здесь и испытательные полёты. Увы, не все они завершались благополучно. Печальное подтверждение тому — большое количество могил лётчиков на соседнем Измайловском кладбище. Трагедии происходили из-за технических недоработок и просто случайностей. Так, весной 1948 года рядом с аэродромом во время испытаний вертолёта Б-11 от винта оторвалась одна лопасть. Машина упала на землю, ещё в воздухе разломавшись на части. Погибли пилот и радист.

Отправлялись с измайловской взлётно-посадочной и научные экспедиции. Некто В. В. Гарнов вспоминал, как группа учёных вылетела из Измайлова на Новую Землю проводить ядерные испытания: «Время подготовки прошло быстро, и вот нам, небольшому коллективу сотрудников, надо было вылетать вслед за аппаратурой, отправленной ранее. В назначенный день собираемся в институте и на автобусе направляемся на окраину Москвы на аэродром Измайлово, который в то время обслуживали военные моряки. Самолёт Ли-2 взлетел в сумерках, а через некоторое время в иллюминаторах огни Москвы сменились темнотой ночи. Первая остановка — военный аэродром Ягодник на острове между протоками Северной Двины под Архангельском, далее — Амдерма, аэродром вдоль береговой полосы Карского моря».

На секретную работу — с секретного аэродрома

Впрочем, в то время секретности уже как будто сталоменьше. Измайлово быстро заселялось, и аэродромстал местной достопримечательностью. Один современник, Александр Березин, вспоминал: «В прозрачномвоздухе носятся звуки летнего утра: за соседнимбаракомпрокричал петух, “дзинькнул” и повис над землёй звонок проезжающего по Первомайской улице трамвая, над домами разнёсся звукмоторов самолёта — через квартал от нашего дома находится Измайловский аэродром. Солнце поднялось выше, по голубому небу плывут облака. Смягкимрокотом невысоко над домами пролетает американский “Дуглас”. Несколько этих самолётов в 1944 году разместили у нас на аэродроме».

На посадку

Аэродромзакончил свою лётную историю в 1959 году. Его закрыли, а 65-й авиационный полк отправился в подмосковную Щербинку на аэродром Остафьево. По бывшему аэродрому жители шли на трамвай и вечерами возвращались с работы. Потом освободившаяся территория «обросла» жилыми домами, школами и прочими нехитрыми объектами городской инфраструктуры эпохи Никиты Сергеевича. Правда, кое-какие полёты всё-таки происходили здесь и в то время: появилась парашютная вышка, детей катали на воздушных шарах.

***

На месте взлётно-посадочной построили в 1960-е годы школу. В 1998 году в ней открылся краеведческий музей. Если кто-нибудь захочет узнать побольше об истории 65-го авиационного полка — стоит туда отправиться.

Читайте также