В 1970-е годы в Москве ежегодно появлялось около пятисот новых домов, но интересной архитектуры среди них почти не найти. Московские спальные районы строили талантливые архитекторы, но они были ограничены жесткими рамками типового строительства. Лишь немногим удавалось создать что-то необычное. Лазейку в регламентах нашли архитектор Евгений Стамо и инженер Александр Маркелов — и построили два круглых дома в Раменках.
Два здания, построенные под руководством Стамо, и по сей день в числе самых своеобразных жилых домов столицы. Оба дома представляют собой обыкновенную типовую девятиэтажку серии I-515/9M, только очень длинную и замкнутую в кольцо. Идея заключается в оригинальном использовании небольшой свободы, оставленной в инструкции к сборке таких зданий, — максимально допустимая погрешность при стыковке плит составляла 6 градусов. Каждый раз намеренно отклоняя плиту от идеально ровной стыковки на 6 градусов в одну сторону, кольцо удалось замкнуть. Всего в доме — 22 секции обычной «прямой» девятиэтажки. Таким образом в «бублике», как его называют местные жители, получилось 26 подъездов, а в круглый двор могло бы уместиться футбольное поле: его диаметр — 155 метров. Во двор с улицы ведут шесть арок.
Первый такой дом появился в 1974 году на улице Нежинской в районе Очаково-Матвеевское, а второй построен спустя пять лет в трех километрах от первого. Новое «кольцо» расположилось на берегу реки Сетунь, неподалеку от Мосфильмовского пруда, на улице Довженко. Друг от друга «бублики» слегка отличаются планировкой, за счет чего во втором немного больше квартир — 936 против 913 в первом. По тем временам это были одни из самых больших жилых домов по числу квартир.
Легенда об олимпийской «кольчуге»
Популярная городская легенда гласит, что дом на улице Довженко неслучайно построили именно в 1979 году. Мол, существовал план постройки пяти таких колец в одном квартале, который бы стал Олимпийской деревней Олимпиады-1980. Естественно, кольца должны были располагаться так, чтобы с высоты птичьего полета они складывались в олимпийский символ. Однако бывший глава Института Генплана Москвы Сергей Ткаченко заявлял, что план Олимпийской деревни в виде колец — всего лишь легенда, которая «тиражировалась в прессе без каких-либо оснований». Так или иначе, строить пять колец не стали, а для спортсменов возвели простые, но более качественные и лучше оснащенные шестнадцатиэтажные дома. «Бубликов» осталось всего два.
Кругло было на бумаге…
После постройки первого круглого дома проект «бубликов» хотели сделать серийным и возвести такие же по всей Москве. Архитектура очень впечатляла — впервые при помощи типовых конструкций удалось создать жилой дом, отличающийся от сотен скучных однообразных параллелепипедов, которыми обросла столица. Но вместе с очевидными визуальными достоинствами у «колец» оказалось много неожиданных недостатков.
Главный вскрылся во время строительства — оно оказалось слишком дорогим. Несмотря на использование дешевых материалов, сама работа требовала высокой точности, постоянного наблюдения и массы расчетов, что весьма затрудняло «конвейерное производство». Кроме того, из-за намеренно измененных пропорций домам требовались монолитные вставки, что тоже сильно повышало затраты.
Другие недостатки выяснились уже после заселения жильцов. Например, из-за стыковки под углом между панелями во многих местах образовались щели, так что звукоизоляция квартир была очень слабой. Еще больше проблем с шумом возникло из-за формы двора — полностью замкнутый круг служит идеальным усилителем любого звука, который многократно отражается от стен и отдается эхом. Но если в советские годы основным источником шума во дворе были играющие дети, то теперь гораздо сильнее жильцов раздражают срабатывающие автомобильные сигнализации, которые в 1970-х никто предвидеть не мог.
Проблемы есть и с навигацией — так как дом замкнут в абсолютно однородное кольцо из 26 подъездов, бывает непросто найти нужную квартиру. Чаще всего такие трудности возникают у гостей или курьеров, но жители рассказывают и истории про нетрезвых соседей, которые подолгу не могли обнаружить свою дверь. За дверью — тоже не все гладко. Из-за пресловутых 6 градусов отклонения все помещения в доме имеют слегка трапециевидную форму. Вроде бы комната обычная, а когда начинаешь ставить мебель, ровно не получается. Так как советская промышленность производила довольно ограниченный набор однотипной мебели, вариантов у заселившихся было немного — только ставить кровати, шкафы и стеллажи «лесенкой» друг к другу. Необычная форма осложняла и отделочные работы.
![Два кольца — советским людям Два кольца — советским людям фото](http://mr.moscow/wp-content/uploads/2023/10/36-1024x692.jpg)
Дом после перестройки
Еще одна сложность добавилась в 90-е годы. По плану первый этаж всего «кольца» отводился под разные публичные заведения — магазины, аптеки, кафе, почту, библиотеку, хозяйственные помещения. Строя экспериментальный дом, Стамо явно хотел частично воплотить идею дома-коммуны, где все необходимые для жизни удобства располагаются внутри одного жилого комплекса. Это должно было способствовать формированию сообщества жильцов дома: закрытый двор с зонами отдыха и локальные заведения притягивают людей и позволяют им знакомиться.
Поначалу эти теоретические положения урбанистики работали — старожилы рассказывают, что первое время крупные праздники отмечали всем двором, а жить было очень удобно. Но в 90-е государственная поддержка магазинов и кафе прекратилась, а многим предпринимателям оказалось невыгодно здесь работать из-за небольшого потока людей. В какой-то момент в домах даже не осталось ни одного магазина, но позже открылись новые. Ходить за покупками в другие места для жильцов круглых домов проблематично, так как дом-кольцо занимает целый квартал и удален от улиц с более плотной застройкой. Транспортная доступность дома на Довженко была совсем плохой до недавнего времени.
Что касается сообщества жильцов, оно тоже постепенно исчезло. Изначально в дом на Довженко заселяли интеллигенцию — врачей, инженеров и сотрудников находящегося неподалеку «Мосфильма». Здесь жили даже известные артисты Савелий Крамаров и Галина Беляева, а также режиссер Эмиль Лотяну. Еще чаще дом появлялся на экране — в фильмах «Курьер», «Трагедия в стиле рок», «Артистка из Грибова» и даже в финальных кадрах «Москва слезам не верит». Жильцы вспоминают, как их просили выключить свет в окнах на время съемки.
Сейчас старожилов осталось немного: квартиры сдаются, причем не дороже, чем в аналогичных панельных домах стандартной формы. Сообщество распалось, связь с «Мосфильмом» тоже осталась в прошлом.
«Я постоянно слышу, что наш дом будут сносить, потому что район элитный и вместо старого здания можно построить развлекательный комплекс или еще что-нибудь. Но эти слухи уже почти 20 лет ходят — и ничего, дом на месте», — рассказывает изданию The Village одна из жительниц круглого дома на Довженко. Вопреки слухам о сносе недавно в доме провели капремонт, что заметно улучшило его состояние. Вероятно, если намерение снести круглые дома появится всерьез, за дом вступится архитектурное сообщество. Несмотря на все недостатки «колец», многие архитекторы считают, что дом опередил свой век, и даже сравнивают со штаб-квартирой компании Apple в Калифорнии, которая тоже представляет собой большое сплошное кольцо.